«Ехал повар на кастрюле…»

«Ехал повар на кастрюле…»
Ехал повар на кастрюле, таракана задавил,
И за это преступленье три копейки заплатил.
У него остались деньги, он корзиночку купил.
В этой маленькой корзинке есть помада и духи,
Ленты, кружево, ботинки —
Что угодно для души?

Кто не помнит эту считалочку? Все, наверное, помнят. И все думают, что слова эти, про повара на кастрюле, просто веселая бессмыслица, как обычно и бывает во всяких считалочках и прибаутках. Я раньше тоже так думала. Но вот однажды в старинной, пожелтевшей от времени книге увидела очень интересный рисунок. Холодная, снежная зима. Просторная, продуваемая ветром людная площадь. И посреди площади толстая- претолстая тётка, закутанная в платки и шубы, невозмутимо сидит на большой кастрюле с горячими щами. Рядом, на снегу, стопка глиняных мисок и деревянные ложки. Ловко устроилась тётка: кругом мороз, а ей тепло, да и щи не стынут. Вряд ли такая толстая, неуклюжая повариха с такой огромной кастрюлей, с мисками и ложками своим ходом до площади добралась — небось, приехала на своей кастрюле то, да на саночках плавных и расписных. Вот вам и считалочка! Вот вам и «ехал повар на кастрюле»! А под рисунком подпись: «Торговля щами на Красной площади».

Не только щами, конечно, угощался народ на Красной площади в старой Москве.
— Медовые, узорные, рассыпчатые, — расхваливали свой товар торговцы пряниками.
— Пироги царские, боярские, с зайчатиной, пара — с жару — грош цена! — Кричали разносчики пирогов.
— Эх, с коричкой, с гвоздичкой, с лимонной корочкой! — Зазывали покупателей продавцы кваса.
На средневековой улице, торгующей разнообразной снедью, родился и веселый, остроумный «бродячий сюжет» мировой литературы о том, как жадный продавец схватил за шиворот голодного бедолагу и потребовал у него плату за то, что тот вдыхал вкусный аромат жареного мяса. Находчивый бедняк позвенел медью над ухом продавца: «За запах твоего жаркого я плачу тебе звоном своих монет».
Впрочем, и сегодня, как и двести, и триста лет назад, городская улица чего только не предлагает! Горячие бублики, пирожки и пирожные, гамбургеры и хот-доги, картофельные чипсы и барбекю, лимонад и пепси-кола…

Но вот парадокс, то бишь неувязка. Буквально во всех книжках, обучающих нас правилам хорошего тона и примерного поведения, мы читаем совет о том, что «от еды на улице лучше воздержаться». Какой замечательный совет, не правда ли? А теперь давайте-ка припомним, сколько раз мы о нем забывали? И разве не очевидно, что в этом жизненном раскладе улица давно уже одержала победу? Чем взяла? Сервисом, улыбками, рекламой, удобной и красивой упаковкой, мелкой расфасовкой. Аппаратами, сверкающими хромом и никелем и в считанные секунды подающими стакан свежевыжатого сока, свежевзбитого коктейля, свежесваренного кофе. А кто может пройти мимо вафельных стаканчиков мороженого или не остановиться возле шоколадного фонтанчика, в струях которого банан или клубничка превращаются в красивую конфету? Одним словом, сегодня «еда на улице» — это даже модно, это успешный, процветающий бизнес. Впрочем, авторы популярных книжек о хороших манерах до сих пор не позволяют себе заметить некоторые социальные подвижки, происходящие в обществе.
И ещё один решающий фактор наших предпочтений — экономия времени. Времени реального и виртуального, личного и общественного. И чем быстрее бежит время нашей жизни, тем дороже становится каждый час, каждая минута — отсюда берет начало вредная, но почти неизбежная привычка молодых, да и не очень молодых людей жевать, глотать, пить на ходу.

Пожалуй, вопрос «Можно ли есть на улице?» уже не может стать предметом оживленной дискуссии. Сегодня важнее другое — как есть на улице, какие при этом соблюдать уличные правила,
Вспоминаю бесплатный концерт симфонической музыки, собравший, лучше сказать, объединивший несколько тысяч человек на площади возле Opera House. Многие пришли прямо с работы, кто-то с детьми, кто-то в инвалидном кресле, много молодежи — публика самая разноплановая. За час до начала концерта, словно сами собой возникли буфеты на колесах, прилавки с пивом и бутербродами. С аппетитом уничтожались домашние «заготовки». Но после концерта на площади не осталось «следов питекантропов» — ни банок, ни бумаг, ни пластиковых мешков, ни объедков. Вот это и есть проявление хорошего тона в современных обстоятельствах, это и называется высокой бытовой культурой, которой отличается наша прекрасная Австралия. Соответственно, низкая бытовая культура — это когда все наоборот. Каждый из нас, покопавшись в своей памяти, может найти примеры и того и другого. Мне так вспоминается какое-то незнакомое семейство с тремя чадами. Усевшись на скамейке в маленьком изящном сквере, папа, мама и детки коллективно жевали и чавкали, бросая под лавку куриные кости, пластиковые тарелочки, мятые салфетки и прочие остатки семейной трапезы, не удостаивая вниманием стоящую рядом урну для мусора.
И порой нам остается лишь с грустью наблюдать, как прекрасное старинное правило «воздержаться от еды на улице», подобно кусочку «шагреневой кожи», исчезает на наших глазах, отступая под бурным натиском новых обстоятельств и нового времени.

Всего просмотров: 573