Никита Рукавица: "Австралийцы понятия не имеют, что значит моя фамилия"

фото www.kickette.com

Замечательные ощущения испытываешь, слыша в микст-зоне дурбанского стадиона «Мозес Мабида» ни с чем не сравнимое украинское «гэ». 22-летний форвард сборной Австралии, воспитанник николаевского «Торпедо», перебравшийся на Зеленый континент 8 лет назад, не только сохранил эту речевую особенность, но и, кажется, даже приумножил ее слегка. Во всем остальном абсолютно правильное построение фраз, отсутствие английского акцента, приятная внешность и готовность к общению.
Было бы еще лучше, если бы Никита Вадимович в воскресенье забил. Однако уже через пять минут после того, как Рукавица появился на поле, немцы довели счет до 3:0 в свою пользу, что автоматически видоизменило задачу нападающего. Спасать команду ему было уже поздновато — оставалась возможность хотя бы себя показать в деле. Чем Рукавица частично и воспользовался, явив миру скорость, желание борьбы и определенную логику в работе с мячом.
А потом, утирая пот со лба, ответил в микст-зоне на вопросы двух российских корреспондентов.

— Как настроение после такой игры?
— Да так себе — не очень. Упустили шанс в самом начале — и все в нашей игре развалилось.

— У вас сегодня был дебют в официальных матчах за сборную Австралии?
— Нет, кроме пары товарищеских встреч я провел столько же отборочных игр в Азиатской зоне.

— Dum Spiro Spero выколото на вашем правом предплечье: «Пока живу — надеюсь». Выходя на поле на 64-й минуте, помнили об этом девизе?
— Я всегда о нем помню. Конечно, хотелось что-то изменить. Использовать свою скорость, например, удивить чем-то защиту немцев. К сожалению, не получилось.

— В каком австралийском городе вы живете?
— В Перте.

— Как ваша семья там оказалась?
— Родители решили переехать к родственнику. Не из-за бизнеса — просто эмигрировали. Мне было 14, привыкал довольно тяжело. Потом освоился.

— Ваша полугодовая аренда в бельгийском «Руселаре» закончилась. Хотели бы продлить ее или вернетесь в голландский «Твенте», которому принадлежите?
— Там тоже контракт закончился, так что я пока без клуба. Посмотрим, как все повернется после чемпионата мира.

— Из России или Украины поступали предложения?
— Было пару раз — в Россию звали. Так, ничего конкретного, общие разговоры. Кто приглашал? Если честно, не запомнил — не знаю такие команды.

— А какие знаете?
— За киевским «Динамо» и ЦСКА в Лиге чемпионов слежу регулярно.

— В прошлом году вы получили приз Харри Кьюэлла, то есть были признаны лучшим молодым игроком Австралии. А теперь призваны с ним в одну сборную. Каково это — играть с легендой?
— Очень горжусь этим. Харри — великий игрок, а я еще молодой, мне очень многому надо учиться. С другой стороны, время на учебу есть — вся жизнь впереди. Желание тоже.

— В ЮАР уже было несколько случаев, когда обворовали участников чемпионата. В сборной Австралии знают об этом?
— Вы серьезно? Кому не повезло, если не секрет?

— Грекам. Уругвайцам.
— У нас пока все нормально. На улицу вечером не выходим, это верно. Предупреждены. Но днем можно.

— Вы давали когда-нибудь интервью на русском языке?
— Единственный раз, причем уже здесь, в Южной Африке. Было это пару недель назад на нашей базе под Йоханнесбургом. Очень непривычно, надо признать. Поэтому и сейчас чуть дольше подбираю слова, вы уж извините.

— Австралийцы знают, что означает ваша фамилия?
— Большинство понятия не имеет. Им трудно ее произносить, но до перевода дело почему-то не дошло. Только те, у кого югославские корни, понимают смысл слова «рукавица». Подходили ко мне, спрашивали: «Это ведь то, что надевается на руки, когда холодно?» «Оно самое», — отвечал.

— В сборную Австралии уже привлекался футболист, у которого вполне подходящее для защитника имя — Николай Топор-Стэнли. Он по-русски говорит?
— Ни единого слова не знает. Он родом из Канберры, папа индус, а мама австралийка. (На самом деле отец выходец с Маврикия, а мать — дочь поляка и немки. — Прим. Е.Д.). Даже не знаю, откуда у него такое имя.

— На какое выступление вашей сборной рассчитывают на Зеленом континенте?
— Все участники чемпионата мира хотят как минимум выйти из группы. Австралия — не исключение. По крайней мере провожали нас в ЮАР с такими надеждами. Попробуем достичь этой цели в двух оставшихся матчах.

— Уже известно, что тренер сборной Австралии Пим Вербек после чемпионата мира уходит руководить всеми молодежными сборными Марокко. Не мешает вам эта ситуация? Не сказывается ли она на настроениях внутри команды?
— Мы этого не ощущаем. Голландец — очень хороший тренер, он многое сделал для австралийского футбола. Решил уйти? Что ж, это его выбор.

— У вас в стране уже привыкли к тому, что сборную всегда тренирует иностранный специалист?
— Это считается вполне нормальным. Если специалист хороший — почему бы и нет?

— А свои-то где?
— Не знаю, что вам сказать.

— У вас есть русскоязычные друзья-футболисты?
— Нет. Есть обычные друзья, из детства. Но и с ними давно не общался. Такие расстояния…

— От русского языка не отвыкаете?
— С родителями всегда на нем говорим. Некоторые слова выпадают из обычной речи, но в памяти все равно остаются.

— На родине давно были?
— С тех пор, как уехал, ни разу не возвращался.

Источник http://football.sport-express.ru/world/2010/reviews/6210/

Всего просмотров: 396