«Морская Одиссея» Анны Зарацян

Анна Зарацян. Фото Анастасии Шриц

С 10 по 20 июня в Королевском Яхт-клубе (Royal Motor Yacht Club) в сиднейском районе Ньюпорт (Newport) проходила выставка картин «Морская Одиссея». Администратор клуба Карен Бардвелл отметила, что подобная выставка проходит уже 6-ой раз и с каждым годом привлекает всё больше внимания. Карен поздравила всех художников, представивших свои работы, поблагодарила спонсоров этого мероприятия за финансовую поддержку и всех присутствующих за проявленный интерес. А затем выставку официально открыл мистер Роб Стокс (Rob Stokes) — член парламента Нового Южного Уэльса от района Питтвотер. Он, в свою очередь, поблагодарил всех сотрудников яхт-клуба за радушный приём, напомнил всем о недавнем плавании вокруг земного шара Джессики Уотсон, и поблагодарил художников за их вдохновение.
На выставке было показано около трёхсот работ. Интересно, что среди 150 художников, представивших свои работы, была наша соотечественница Анна Зарацян.

И сегодня я хочу познакомить читателей с этим талантливым человеком. Я сразу чуть-чуть приподниму завесу: я знакома с Анной уже много лет. Но так случилось, что на какое-то время мы потеряли друг друга. И вдруг совершенно неожиданно я получила приглашение на выставку работ Анны Зарацян и, конечно же, этим воспользовалась, чтобы встретиться со своей старой доброй знакомой.

Жанна Алифанова: Аня, я очень рада, что наши тропинки снова пересеклись… Дай Бог здоровья тому человеку, который прислал мне приглашение на твою выставку.
Я знаю, что не так давно ты выставлялась в галерее Gaffa в Cити. И там тоже в твоих работах преобладала морская тема. Что навеяло такие эмоции? Давно у тебя такой «бурный роман» с океаном?
Анна Зарацян: Я всегда хотела жить возле моря. Поэтому, наверное, морская тема, корабли для меня это что-то особенное, это настоящая страсть.

ЖА: Ты, наверное, родом из какого-то приморского города?
АЗ: Нет. Я из Днепропетровска. Совсем даже не морской город (смеётся)! Но мой брат был моряком. Его любовь к морю очень ярко проявилась: он закончил мореходное училище и потом долгое время работал во Владивостоке. Родители были против, считая, что это опасно, но он настоял на своём. И я всегда разделяла его страсть к морю. И потом у меня оба деда в молодости были моряками. Так что эта любовь к морю, безусловно, у меня в крови. И с того времени, как я приехала в Австралию, эта моя мечта осуществилась. Наверное, поэтому в живописи морская тема вышла у меня на первый план. Когда я начала работать над картинами для этой выставки, что-то произошло со мной, у меня изменился стиль, в технике что-то поменялось. Вот, как говорится, «легло под руку». Очень легко было работать.

ЖА: А как давно ты приехала в Австралию? Ты уже здесь начала рисовать?
АЗ: Я приехала в 93-ем году. А рисовала я всегда, ещё будучи ребёнком. В 97-м году я пошла учиться в частную школу живописи Чарли Ширда. Там я и получила все технические навыки, знание истории и принципов традиционной живописи. А уже позже я получила степень бакалавра по живописи и дополнительно по скульптуре в Сиднейском колледже искусств (Сиднейском университет).

ЖА: Не зря говорят, что многие талантливые люди талантливы во всём. И ты — явный тому пример. Ты — художник, музыкант, композитор, и я даже знаю, что ты пишешь стихи.
АЗ: Да. Но я думаю, что самое главное — это художественное отношение к тому, что я делаю. И в этом смысле я — художник. А средства выражения, конечно, разные — краски, музыка, пространство, интерьер, слова. Для меня это всё часть одного и того же.

ЖА: Я помню, несколько лет назад в галерее в Паддингтоне (Paddington) ты выставляла свои картины на музыкальную тему. То есть музыка до сих пор занимает большое место в твоей жизни…
АЗ: Безусловно. Правда, я немножко отошла от музыки, когда ушла из консерватории. Я преподавала выпускникам технику композиции. Очень интересный предмет, на самом деле. Туда входила композиция, анализ, философия, эстетика, все азы творческого подхода к произведению. Я проработала преподавателем в общей сложности десять лет — пять лет в Университете Нового Южного Уэльса и пять лет в консерватории. А потом наступил такой момент, когда стало ясно, что надо двигаться дальше. Мне хотелось освободить время для живописи, для дизайна интерьера. Дизайном интерьера я начала заниматься в 2005-ом году. Началось с того, что меня попросили подобрать цвет для одного офиса. И всё как-то само получилось. Потом ещё кто-то попросил, ещё кто-то попросил… Сначала мне было просто интересно работать с пространством. Я стала увлекаться этим всё больше, и меня уже стали интересовать принципы, основы — это моя музыкальная организованность (улыбается). Обязательно должен быть принцип подбора, нельзя же «слепить» просто так. И я подумала, что, наверное, этот принцип имеет какое-то отношение к древнему китайскому искусству фэн-шуй (Feng Shui), что значит Ветер-Вода. То есть эта форма искусства направлена на создание гармонии в пространстве посредством балансирования разных энергий.

ЖА: А как ты «балансируешь» энергии? Можешь привести какой-нибудь пример?
АЗ: Прежде всего, с помощью предметов искусства, и в первую очередь, картин, поскольку картины являются мощными носителями энергии жизни. Они обладают способностью «очищать» пространство от негативного влияния. Картины должны создавать позитивные приятные впечатления у тех, кто на них смотрит. Использование принципов фэн-шуй является неотъемлемой составляющей в дизайне всех интерьеров, с которыми я работаю. Совсем необязательно для этого выдерживать интерьер в китайском стиле. Принципы фэн-шуй могут применяться в интерьере абсолютно любого стиля, включая «модерн». Важную роль в этом играет цвет.

ЖА: Я, кстати, где-то читала, что каждая нота имеет цвет.
АЗ: Да, это по принципу Пифагора. Каждая нота отражает определённую физическую частоту, которая соответствует определённому цвету. Хотя у этой теории много как сторонников, так и противников. Доказать же невозможно этот факт. Для синестетиков — людей, которые «слышат» звучание красок на палитре, — это явно. Я думаю, что в какой-то мере я синестетична тоже, поскольку с детства я пела и рисовала одновременно. И поэтому родителям сначала было непонятно, отдать меня заниматься живописью или музыкой. В итоге решили, что я должна играть на скрипке. И я с девяти лет училась в Киевской средней специальной школе.

ЖА: Музыка победила на тот момент.
АЗ: На тот момент да. С одной стороны, я была ребёнком, который не спорит с родителями. С другой стороны… я помню, что всё равно мне всегда хотелось рисовать. Я терпела игру на скрипке в течение десяти лет, но с большой радостью оставила её позади. Но теперь у меня муж скрипач. То есть скрипка всё равно проходит лейтмотивом по моей жизни (смеётся).

ЖА: Это карма. Хорошо, давай вернёмся к живописи. Есть у тебя любимое направление или, может быть, любимый художник?
АЗ: Ты знаешь, это, наверное, странно прозвучит, но я люблю абсолютно всё в живописи. Всегда в каждой картине я могу найти то, о чём я могу говорить и то, что говорит со мной. То есть какой-то есть диалог с работой, обмен энергетикой. Но, пожалуй, у меня есть какая-то более глубокая связь с Врубелем, с Рерихом из русских художников. Из западных, наверное, Тициан, Тёрнер.

ЖА: А как ты относишься к «Чёрному квадрату» Малевича?
АЗ: «Чёрный квадрат» — это особая работа. Я писала о ней свой финальный реферат в университете. Что меня заставило заинтересоваться этой работой — это моё несогласие с преподавателем, который сказал, что «Чёрный квадрат» это полностью абстрактная картина, это начало абстрактной живописи, и там, в общем то, ничего фигуративного нет. Для меня это было странно. Малевич родился и вырос в Киеве и знал, что такое иконы… очень странно, чтобы это не повлияло на такую работу, которая фактически является кардинальной в его наследии. И когда я начала читать об этом, я нашла слова самого Малевича о «Чёрном квадрате», что это — икона. И потом я подумала, в искусстве, когда человек работает, он, как правило, не думает о том, что он напишет, или что критики напишут об этом после. И, как правило, посыл на создание работы — это эмоция. И я попыталась представить, как, собственно говоря, иконы на тот период выглядели. В каждом доме, каждой хате была икона. Иконы были очень старые, темные, они были покрыты копотью и гарью, выглядели, как чёрный квадрат… То есть Малевич ничего не выдумывал. Он просто нарисовал икону, как она тогда выглядела. Вот и вся история. Это потом уже придумали про «революцию в живописи». На самом деле всё просто.

ЖА: Аня, давай теперь от Малевича вернёмся к тебе. Чем ты предпочитаешь работать? Каким материалом?
АЗ: Маслом. Последнее время я работала с акварелью тоже. Пожалуй, под влиянием Валентина Школьного. Очень интересный человек, потрясающий фотограф, он очень много знает об искусстве. Иногда он мне говорит: «Аня, ну что вы возитесь годами с одной картиной? Берите акварель, под настроение… нарисовали… полчаса… Что вы возитесь?» И я подумала, что, наверное, вот этот навык — работать быстро — он так же важен, как и навык работать медленно и скрупулёзно. Всё зависит от произведения. Так же и музыке. Например, ты не можешь написать симфонию за один присест. Но можно написать какой-то этюд, экспромт. И в этом смысле работа с акварелью меня как-то расковала. Не стало «хорошо, вот это я сделаю потом…» Нет, здесь надо делать сразу (смеётся). Меня это мобилизовало. А ещё под влиянием Валентина я начала рисовать пастелью на наждачной бумаге. Цвет и фактура проявляются по-особому. Действительно, работать можно на чём угодно.

ЖА:Как часто проходят твои выставки?

АЗ: Стараюсь выставляться пару раз в год. В прошлом году, правда, не выставлялась. Хотелось разобраться в себе… как художнику. Мне хотелось отделаться от влияния колледжа, от влияния людей, которые преподавали, найти своё «я».

ЖА: А когда у тебя следующая выставка?
АЗ: Планирую принять участие в нескольких совместных выставках, а персональная — в ноябре. И эта выставка будет немного другого порядка. Это будут маленькие работы. Для меня это представляет определённый вызов. Я ведь в основном делаю работы достаточно большого размера. Поэтому для маленького формата мне нужно будет найти особую «интимную» тему. Но я точно знаю, что это будет что-то позитивное, духовное, красивое…

ЖА: Аня, от имени всех читателей газеты желаю тебе гармонии, позитива, ярких красок во всех аспектах твоей разнообразной творческой деятельности.

Фото Анастасии Шриц
Беседовала

Жанна Алифанова, Сидней

Всего просмотров: 661